Старость


- Ста-а-а-рая… — потянула старуха, глядя на сорокапятилетнюю даму. Некоторые пассажиры автобуса посмотрели на двух пожилых женщин, неожиданно устроивших ссору.

Было видно,  что старухе со скрюченным носом  и свившимися  в тонкую полосочку злости губами,  хочется еще сильнее кольнуть, и она с энтузиазмом повторила, тыча пальцем в грудь женщине:

- Ста-а-а-рая…

Мария Антоновна опустила голову. Нет, конечно, она не считала себя старой. До сегодняшнего дня. До сейчаснейшей секунды.

 

А ведь я …

 

И не было сил скандалить. Весь мир вдруг куда-то испарился, оставив ее наедине с собой. Со  своими взъерошенными мыслями.

 

А ведь я …  и вправду уже не молода.

 

Вспомнились все морщины, с придирками рассматриваемые в зеркале каждый вечер. Вспомнилось, что в улыбке ее появилось уже что-то грустное. Уголки губ как-то опустились… Появился второй подбородок… Седые волосы начали окутывать ее светлую шевелюру, в молодости сводившую с ума многих мужчин. Морщинки около глаз затемняли их  выразительность.

Работа вытягивала соки, старость воровала красоту.

Когда-то она была так хороша собой. Ее улыбка притягивала как магнит. Потом она вышла замуж, даже будто бы по любви, и поклонники один за другим исчезли, ведь она с такой гордостью носила обручальное кольцо. А теперь… Муж стал таким привычным. Она давно не стеснялась переодеваться при нем, ходить в халате, тапочках. А когда-то это был для нее первый пункт из списка «Никогда!». Привычка жить вместе. Друг для друга как утренний кофе. Как привычный вечерний сериал. Да и муж все чаще и чаще стал заглядываться на молоденьких девушек.

Дети? Дети живут своей жизнью. Улетели из гнездышка и приезжают раз в месяц. Бывает, что и реже. Порой ей даже кажется, что они приезжают не столько потому, что соскучились, сколько за деньгам.

У нее была работа, которая ей нравилась, но и та оказалась лишь коротким счастливым временем, потому что недавно прошло обширное сокращение, под которое она попала, как часть колбасы попадает под нож при резке ее на кусочки.

Что осталось с ней? Вечер перед телевизором. Скука. Какие-то дешевые романы и детективы. Хорошие манеры как-то потихоньку забылись после того, как она перестала бывать в гостях. А ведь когда-то она не пропускала ни одной премьеры в театре  их города. Вместе с выходами в свет отпала необходимость в дорогой одежде, к которой она, в принципе, не питала особой слабости в отличие от прочих женщин. Вкус остался, но выглядела она бедно и поэтому — блёкло. Хотя ей едва перевалило за сорок.

Мария Антоновна смотрела в окно, и не видела проносившиеся дома, которые  прижимались друг  к другу. Мимо мелькали деревья, уже полностью одевшиеся листвой; школьники, торопившиеся на занятия; прохожие, угрюмо стоявшие на обочине. Но все это проходило, не касаясь ее сознания… Жара стояла уже третий день, и солнце наверняка спалило ее лук, росший на подоконнике. Ведь с утра она опрометчиво забыла прикрыть его газетой. Но думала она сейчас не об этом. А о себе. О себе, которую так неожиданно посетило осознание того, что она уже женщина в годах, и что жизнь её, возможно, тянется к концу.

 

- Ста-а-а-рая…

 

Мария Антоновна постаралась с придиркой посмотреть на себя со стороны. Ярко-алый педикюр оказался вызывающим, юбка, пожалуй, — чуть коротковата, так как был виден лишний жирок ее все еще красивых, но уже полных ног. Грудь больше не была высокой и упругой. Еще бы! Ведь она  выкормила ею двух детей! Правда, теперь это не интересовало никого. А в особенности ее мужа.

Водолазка, которая прятала морщины на шее, неожиданно замеченные каким-то ужасным днем, выцвела. Руки ухоженные, но цвет маникюра не совпадал с цветом педикюра, правда, был тон в тон к помаде, а это было очень важно. Хотя… Для кого?

Сомнительного происхождения босоножки, купленная на рынке одежда.

 

Да…

Даже для себя она  уже не создавала образ элегантной дамы. Да и могла ли? Тем более на нынешней работе… кто мог посмотреть на нее? Кто мог заметить в ней бывшую пожирательницу мужских сердец? Даже ее муж перестал видеть в ней женщину с хорошими манерами, какой она была раньше. До сокращения с предприятия.

 

Нет, есть масса преимуществ в её возрасте…

Например?

Мария Антоновна начала мысленно загибать пальцы.

Например, она обладает богатым жизненным опытом, которым не обладают молоденькие девицы. Знает, какая стрижка ей больше всего идет, и не экспериментирует каждую неделю с цветом своих волос; оптимальную длину ногтей на руках, чтобы  привлекать, а не удивлять. Помнит, что нельзя спать на высоких подушках. Что надо есть не позднее, чем за два часа до сна. Всегда может поддержать самый скучный и изначально обреченный на провал разговор. Да, и восхитительно готовит. Она все еще хороша в постели… Да мало ли что ещё?..

 

И в то же время…

Опыт она с огромным удовольствием променяла бы теперь на юную мордашку без морщин. Она смогла бы повторить заново еще двадцать пять раз те же самые ошибки, лишь бы вернуть свою красоту. Стрижка? Отрастила бы волосы. Зачем стрижка, когда в юности можно покорить и с конским хвостом, небрежно собранным наверху… Цвет волос… Ах, как это приято – слышать «Боже, Машенька! Тебя и не узнать!» Длинные ногти на руках… Пожалуй, она никогда не была их рабыней…

 

Как я хочу вернуть себе молодость…

 

Когда не высыпаешься, и на утро никто этого не замечает. Когда не надо делать прическу. Когда в поисках сумочки, не думаешь: «А это подходит — в моем-то возрасте?» Когда подкрашиваясь не думаешь: «А не моложусь ли я?» Когда, не колеблясь, покупаешь юбку любой длинны.

Когда сводишь с ума одним взглядом! Когда привлекаешь внимание одной походкой! Когда к лицу любая одежда!..

 

- Ста-а-а-рая…

 

Мария Антоновна тяжело вздохнула.

Старуха вышла на остановке и сразу же забыла и о ссоре, и об обидчице. Старческий склероз быстро выветрил слова, брошенные в сердцах. А Мария Антоновна еще долго сидела перед окном, забыв о кожаной сумке у себя на коленях и о том, что ей надо обилечивать пассажиров.

 

 

 

 

 

 

 


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *